Раньше было раньше...
Было... Было... Было...
Привет, Гость
  Войти…
Регистрация
  Сообщества
Опросы
Тесты
  Фоторедактор
Интересы
Поиск пользователей
  Дуэли
Аватары
Гороскоп
  Кто, Где, Когда
Игры
В онлайне
  Позитивки
Online game О!
  Случайный дневник
BeOn
Ещё…↓вниз
Отключить дизайн


Зарегистрироваться

Логин:
Пароль:
   

Забыли пароль?


 
yes
Получи свой дневник!

Раньше было раньше... > Изюм (записи, возможно интересные автору дневника)


кратко / подробно
Вчера — вторник, 13 ноября 2018 г.
Калейдоскоп Пeчaль в сообществе Бесконечность 10:27:40
Взрыв огромным консервным ножом вспорол корпус ракеты.
Людей выбросило в космос, подобно дюжине трепещущих серебристых рыб.
Их разметало в черном океане, а корабль, распавшись на миллион осколков, полетел дальше, словно рой метеоров в поисках затерянного Солнца.
- Беркли, Беркли, ты где?
Слышатся голоса, точно дети заблудились в холодной ночи.
- Вуд, Вуд!
- Капитан!
- Холлис, Холлис, я Стоун.
- Стоун, я Холлис. Где ты?
- Не знаю. Разве тут поймешь? Где верх? Я падаю. Понимаешь, падаю.
Подробнее…Они падали, падали, как камни падают в колодец. Их разметало, будто двенадцать палочек, подброшенных вверх исполинской силой. И вот от людей остались только одни голоса - несхожие голоса, бестелесные и исступленные, выражающие разную степень ужаса и отчаяния.
- Нас относит друг от друга.
Так и было. Холлис, медленно вращаясь, понял это. Понял и в какой-то мере смирился. Они разлучились, чтобы идти каждый своим путем, и ничто не могло их соединить. Каждого защищал герметический скафандр и стеклянный шлем, облекающий бледное лицо, но они не успели надеть силовые установки. С маленькими двигателями они были бы точно спасательные лодки в космосе, могли бы спасать себя, спасать других, собираться вместе, находя одного, другого, третьего, и вот уже получился островок из людей, и придуман какой-то план... А без силовой установки на заплечье они - неодушевленные метеоры, и каждого ждет своя отдельная неотвратимая судьба.
Около десяти минут прошло, пока первый испуг не сменился металлическим спокойствием. И вот космос начал переплетать необычные голоса на огромном черном ткацком стане; они перекрещивались, сновали, создавая прощальный узор.


- Холлис, я Стоун. Сколько времени можем мы еще разговаривать между собой?
- Это зависит от скорости, с какой ты летишь прочь от меня, а я-от тебя.
- Что-то около часа.
- Да, что-нибудь вроде того, - ответил Холлис задумчиво и спокойно.
- А что же все-таки произошло? - спросил он через минуту.
- Ракета взорвалась, только и всего. С ракетами это бывает.
- В какую сторону ты летишь?
- Похоже, я на Луну упаду.
- А я на Землю лечу. Домой на старушку Землю со скоростью шестнадцать тысяч километров в час. Сгорю, как спичка.
Холлис думал об этом с какой-то странной отрешенностью. Точно он видел себя со стороны и наблюдал, как он падает, падает в космосе, наблюдал так же бесстрастно, как падение первых снежинок зимой, давным- давно.



Остальные молчали, размышляя о судьбе, которая поднесла им такое: падаешь, падаешь, и ничего нельзя изменить. Даже капитан молчал, так как не мог отдать никакого приказа, не мог придумать никакого плана, чтобы все стало по-прежнему.
- Ох, как долго лететь вниз. Ох, как долго лететь, как долго, долго, долго лететь вниз, - сказал чей-то голос. -Не хочу умирать, не хочу умирать, долго лететь вниз...
- Кто это?
- Не знаю.
- Должно быть, Стимсон. Стимсон, это ты?
- Как долго, долго, сил нет. Господи, сил нет.
- Стимсон, я Холлис. Стимсон, ты слышишь меня?
Пауза, и каждый падает, и все порознь.
- Стимсон.
- Да. - Наконец-то ответил.
- Стимсон, возьми себя в руки, нам всем одинаково тяжело.
- Не хочу быть здесь. Где угодно, только не здесь.
- Нас еще могут найти.
- Должны найти, меня должны найти, - сказал Стимсон. - Это неправда, то, что сейчас происходит, неправда.
- Плохой сон, - произнес кто-то.
- Замолчи!-крикнул Холлис.
- Попробуй, заставь, - ответил голос. Это был Эплгейт. Он рассмеялся бесстрастно, беззаботно. - Ну, где ты?
И Холлис впервые ощутил всю невыносимость своего положения. Он захлебнулся яростью, потому что в этот миг ему больше всего на свете хотелось поквитаться с Эплгейтом. Он много лет мечтал поквитаться, а теперь поздно, Эплгейт - всего лишь голос в наушниках.
Они падали, падали, падали...

Двое начали кричать, точно только сейчас осознали весь ужас, весь кошмар происходящего. Холлис увидел одного из них: он проплыл мимо него, совсем близко, не переставая кричать, кричать...
- Прекрати!
Совсем рядом, рукой можно дотянуться, и все кричит. Он не замолчит. Будет кричать миллион километров, пока радио работает, будет всем душу растравлять, не даст разговаривать между собой.
Холлис вытянул руку. Так будет лучше. Он напрягся и достал до него. Ухватил за лодыжку и стал подтягиваться вдоль тела, пока не достиг головы. Космонавт кричал и лихорадочно греб руками, точно утопающий. Крик заполнил всю Вселенную.


"Так или иначе, - подумал Холлис. - Либо Луна, либо Земля, либо метеоры убьют его, зачем тянуть?"
Он раздробил его стеклянный шлем своим железным кулаком. Крик захлебнулся. Холлис оттолкнулся от тела, предоставив ему кувыркаться дальше, падать дальше по своей траектории.
Падая, падая, падая в космос, Холлис и все остальные отдались долгому, нескончаемому вращению и падению сквозь безмолвие.
- Холлис, ты еще жив?
Холлис промолчал, но почувствовал, как его лицо обдало жаром.
- Это Эплгейт опять.
- Ну что тебе, Эплгейт?
- Потолкуем, что ли. Все равно больше нечем заняться.
Вмешался капитан:
- Довольно. Надо придумать какой-нибудь выход.
- Эй, капитан, молчал бы ты, а? - сказал Эплгейт.
- Что?
- То, что слышал. Плевал я на твой чин, до тебя сейчас шестнадцать тысяч километров, и давай не будем делать из себя посмешище. Как это Стимсон сказал: нам еще долго лететь вниз.
- Эплгейт!
- А, заткнись. Объявляю единоличный бунт. Мне нечего терять, ни черта. Корабль ваш был дрянненький, и вы были никудышным капитаном, и я надеюсь, что вы сломаете себе шею, когда шмякнетесь о Луну.
- Приказываю вам замолчать!
- Давай, давай, приказывай. - Эплгейт улыбнулся за шестнадцать тысяч километров. Капитан примолк. Эплгейт продолжал: - Так на чем мы остановились, Холлис? А, вспомнил. Я ведь тебя тоже терпеть не могу. Да ты и сам об этом знаешь. Давно знаешь.
Холлис бессильно сжал кулаки.
- Послушай-ка, что я скажу,- не унимался Эплгейт.- Порадую тебя. Это ведь я подстроил так, что тебя не взяли в "Рокет компани" пять лет назад.
Мимо мелькнул метеор. Холлис глянул вниз: левой кисти как не бывало. Брызнула кровь. Мгновенно из скафандра вышел весь воздух. Но в легких еще остался запас, и Холлис успел правой рукой повернуть рычажок у левого локтя; манжет сжался и закрыл отверстие. Все произошло так быстро, что он не успел удивиться. Как только утечка прекратилась, воздух в скафандре вернулся к норме. И кровь, которая хлынула так бурно, остановилась, когда он еще сильней повернул рычажок - получился жгут.


Все это происходило среди давящей тишины. Остальные болтали. Один из них, Леспер, знай себе, болтал про свою жену на Марсе, свою жену на Венере, свою жену на Юпитере, про свои деньги, похождения, пьянки, игру и счастливое времечко. Без конца тараторил, пока они продолжали падать. Летя навстречу смерти, он предавался воспоминаниям и был счастлив.
До чего все это странно. Космос, тысячи космических километров - и среди космоса вибрируют голоса. Никого не видно, только радиоволны пульсируют, будоражат людей.
- Ты злишься, Холлис?
- Нет.
Он и впрямь не злился. Вернулась отрешенность, и он стал бесчувственной глыбой бетона, вечно падающей в никуда.
- Ты всю жизнь карабкался вверх, Холлис. И не мог понять, что вдруг случилось. А это я успел подставить тебе ножку как раз перед тем, как меня самого выперли.
- Это не играет никакой роли, - ответил Холлис"
Совершенно верно. Все это прошло. Когда жизнь прошла, она словно всплеск кинокадра, один миг на экране; на мгновение все страсти и предрассудки сгустились и легли проекцией на космос, но прежде чем ты успел воскликнуть: "Вон тот день счастливый, а тот несчастный, это злое лицо, а то доброе", - лента обратилась в пепел, а экран погас.
Очутившись на крайнем рубеже своей жизни и оглядываясь назад, он сожалел лишь об одном: ему всего-навсего хотелось жить еще. Может быть, у всех умирающих/такое чувство, будто они и не жили? Не успели вздохнуть как следует, как уже все пролетело, конец? Всем ли жизнь кажется такой невыносимо быстротечной - или только ему, здесь, сейчас, когда остался всего час-другой на раздумья и размышления?
Чей-то голос - Леспера - говорил:
- А что, я пожил всласть. Одна жена на Марсе, вторая на Венере, третья на Юпитере. Все с деньгами, все меня холили. Пил, сколько влезет, раз проиграл двадцать тысяч долларов.
"Но теперь-то ты здесь, - подумал Холлис. - У меня ничего такого не было. При жизни я завидовал тебе, Леспер, пока мои дни не были сочтены, завидовал твоему успеху у женщин, твоим радостям. Женщин я боялся и уходил в космос, а сам мечтал о них и завидовал тебе с твоими женщинами, деньгами и буйными радостями. А теперь, когда все позади и я падаю вниз, я ни в чем тебе не завидую, ведь все прошло, что для тебя, что для меня, сейчас будто никогда и не было ничего". Наклонив голову, Холлис крикнул в микрофон:
- Все это прошло, Леспер!
Молчание.
- Будто и не было ничего, Леспер!
- Кто это? - послышался неуверенный голос Леспера.
- Холлис.
Он подлец. В душу ему вошла подлость, бессмысленная подлость умирающего. Эплгейт уязвил его, теперь он старается сам кого-нибудь уязвить. Эплгейт и космос - и тот и другой нанесли ему раны.
- Теперь ты здесь, Леспер. Все прошло. И точно ничего не было, верно?
- Нет.
- Когда все прошло, то будто и не было. Чем сейчас твоя жизнь лучше моей? Сейчас - вот что важно. Тебе лучше, чем мне? Ну?
- Да, лучше!
- Это чем же?
- У меня есть мои воспоминания, я помню! - вскричал Леспер где-то далеко-далеко, возмущенно прижимая обеими руками к груди свои драгоценные воспоминания.
И ведь он прав. У Холлиса было такое чувство, словно его окатили холодной водой. Леспер прав. Воспоминания и вожделения не одно и то же. У него лишь мечты о том, что он хотел бы сделать, у Леспера воспоминания о том, что исполнилось и свершилось. Сознание этого превратилось в медленную, изощренную пытку, терзало Холлиса безжалостно, неумолимо.


- А что тебе от этого? - крикнул он Лесперу. - Теперь- то? Какая радость от того, что было и быльем поросло? Ты в таком же положении, как и я.
- У меня на душе спокойно, - ответил Леспер. - Я свое взял. И не ударился под конец в подлость, как ты.
- Подлость? - Холлис повертел это слово на языке.
Сколько он себя помнил, никогда не был подлым, не смел быть подлым. Не иначе, копил все эти годы для такого случая. "Подлость". Он оттеснил это слово в глубь сознания. Почувствовал, как слезы выступили на глазах и покатились вниз по щекам. Кто-то услышал, как у него перехватило голос.
- Не раскисай, Холлис.
В самом деле, смешно. Только что давал советы другим, Стимсону, ощущал в себе мужество, принимая его за чистую монету, а это был всего-навсего шок и - отрешенность, возможная при шоке. Теперь он пытался втиснуть в считанные минуты чувства, которые подавлял целую жизнь.
- Я понимаю, Холлис, что у тебя на душе, - прозвучал затухающий голос Леспера, до которого теперь было уже тридцать тысяч километров. - Я не обижаюсь.
"Но разве мы не равны, Леспер и я? - недоумевал он. - Здесь, сейчас? Что прошло, то кончилось, какая теперь от этого радость? Так и так конец наступил". Однако он знал, что упрощает: это все равно что пытаться определить разницу между живым человеком и трупом. У первого есть искра, которой нет у второго, эманация, нечто неуловимое.


Так и они с Леспером: Леспер прожил полнокровную жизнь, он же, Холлис, много лет все равно что не жил. Они пришли к смерти разными тропами, и если смерть бывает разного рода, то их смерти, по всей вероятности, будут различаться между собой, как день и ночь. У смерти, как и у жизни, множество разных граней, и коли ты уже когда-то умер, зачем тебе смерть конечная, раз навсегда, какая предстоит ему теперь?
Секундой позже он обнаружил, что его правая ступня начисто срезана. Прямо хоть смейся. Снова из скафандра вышел весь воздух. Он быстро нагнулся: ну, конечно, кровь, метеор отсек ногу до лодыжки. Ничего не скажешь, у этой космической смерти свое представление о юморе. Рассекает тебя по частям, точно невидимый черный мясник. Боль вихрем кружила голову, и он, силясь не потерять сознание, затянул рычажок на колене, остановил кровотечение, восстановил давление воздуха, выпрямился и продолжал падать, падать - больше ничего не оставалось.
- Холлис?
Он сонно кивнул, утомленный ожиданием смерти.
- Это опять Эплгейт, - сказал голос.
- Ну.
- Я подумал. Слышал, что ты говорил. Не годится так. Во что мы себя превращаем! Недостойная смерть получается. Изливаем друг на друга всю желчь. Ты слушаешь, Холлис?
- Да.
- Я соврал. Только что. Соврал. Никакой ножки я тебе не подставлял. Сам не знаю, зачем так сказал. Видно, захотелось уязвить тебя. Именно тебя. Мы с тобой всегда соперничали. Видишь - как жизнь к концу, так и спешишь покаяться. Видно, это твое зло вызвало у меня стыд. Так или не так, хочу, чтобы ты знал, что я тоже вел себя по- дурацки. В том, что я тебе говорил, ни на грош правды, И катись к черту.
Холлис снова ощутил биение своего сердца. Пять минут оно словно и не работало, но теперь конечности стали оживать, согреваться. Шок прошел, прошли также приступы ярости, ужаса, одиночества. Как будто он только что из-под холодного душа, впереди завтрак и новый день.
- Спасибо, Эплгейт.
- Не стоит. Выше голову, старый мошенник.
- Эй, - вступил Стоун.
- Что тебе? - отозвался Холлис через просторы космоса; Стоун был его лучшим другом на корабле.
- Попал в метеорный рой, такие миленькие астероиды.
- Метеоры?
- Это, наверно, Мирмидоны, они раз в пять лет пролетают мимо Марса к Земле. Меня в самую гущу занесло. Кругом точно огромный калейдоскоп... Тут тебе все краски, размеры, фигуры. Ух ты, красота какая, этот металл!
Тишина.
- Лечу с ними, - снова заговорил Стоун. - Они захватили меня. Вот чертовщина!
Он рассмеялся.
Холлис напряг зрение, но ничего не увидел. Только крупные алмазы и сапфиры, изумрудные туманности и бархатная тушь космоса, и глас всевышнего отдается между хрустальными бликами. Это сказочно, удивительно : вместе с потоком метеоров Стоун будет много лет мчаться где-то за Марсом и каждый пятый год возвращаться к Земле, миллион веков то показываться в поле зрения планеты, то вновь исчезать. Стоун и Мирмидоны, вечные и нетленные, изменчивые и непостоянные, как цвета в калейдоскопе - длинной трубке, которую ты в детстве наставлял на солнце и крутил.
- Прощай, Холлис. - Это чуть слышный голос Стоуна. - Прощай.


- Счастливо! - крикнул Холлис через пятьдесят тысяч километров.
- Не смеши, - сказал Стоун и пропал.
Звезды подступили ближе.
Теперь все голоса затухали, удаляясь каждый по своей траектории, кто в сторону Марса, кто в космические дали. А сам Холлис... Он посмотрел вниз. Единственный из всех, он возвращался на Землю.
- Прощай.
- Не унывай.
- Прощай, Холлис. - Это Эплгейт.
Многочисленные: "До свидания". Отрывистые:
"Прощай". Большой мозг распадался. Частицы мозга, который так чудесно работал в черепной коробке несущегося сквозь космос ракетного корабля, одна за другой умирали; исчерпывался смысл их совместного существования. И как тело гибнет, когда перестает действовать мозг, так и дух корабля, и проведенные вместе недели и месяцы, и все, что они означали друг для друга, - всему настал конец. Эплгейт был теперь всего-навсего отторженным от тела пальцем; нельзя подсиживать, нельзя презирать. Мозг взорвался, и мертвые никчемные осколки разбросало, не соберешь. Голоса смолкли, во всем космосе тишина. Холлис падал в одиночестве.
Они все очутились в одиночестве. Их голоса умерли, точно эхо слов всевышнего, изреченных и отзвучавших в звездной бездне. Вон капитан улетел к Луне, вон метеорный рой унес Стоуна, вон Стимсон, вон Эплгейт на пути к Плутону, вон Смит, Тэрнер, Ундервуд и все остальные; стеклышки калейдоскопа, которые так долго составляли одушевленный узор, разметало во все стороны.
"А я? - думал Холлис. - Что я могу сделать? Есть ли еще возможность чем-то восполнить ужасающую пустоту моей жизни? Хоть одним добрым делом загладить подлость, которую я накапливал столько лет, не подозревая, что она живет во мне! Но ведь здесь, кроме меня, никого нет, а разве можно в одиночестве сделать доброе дело? Нельзя. Завтра вечером я войду в атмосферу Земли".
"Я сгорю, - думал он, - и рассыплюсь прахом по всем материкам. Я принесу пользу. Чуть-чуть, но прах есть прах, земли прибавится".


Он падал быстро, как пуля, как камень, как железная гиря, от всего отрешившийся, окончательно отрешившийся. Ни грусти, ни радости в душе, ничего, только желание сделать доброе дело теперь, когда всему конец, доброе дело, о котором он один будет знать.
"Когда я войду в атмосферу, - подумал Холлис, - то сгорю, как метеор".
- Хотел бы я знать, - сказал он, - кто-нибудь увидит меня?

Мальчуган на проселочной дороге поднял голову и воскликнул:
- Смотри, мама, смотри! Звездочка падает!
Яркая белая звездочка летела в сумеречном небе Иллинойса.
- Загадай желание, - сказала его мать. - Скорее загадай желание.


Рэй Брэдбери

­­
воскресенье, 11 ноября 2018 г.
sweetpussy Father Lloyd. 17:51:18

disfavor

Происхождение некромантии восходит к самому Безмолвию, хотя и не так прямо, как вы могли подумать. Искусство некромантии — это, на самом деле, ответвление алхимии, которая, в свою очередь, представляет собой ответвление волшебства, которое является ответвлением, как это ни неожиданно, религии.
Теперь позвольте объясню. Не хочу говорить банальности, но "в начале" была религия. Основной принцип эрафийской религии заключается в том, что если сделать все в соответствии с положенными ритуалами, будет даровано то, о чем попросишь. Это поверье подтверждается и по сей день. Но веками ранее те, кто занимались мистическими искусствами, изменили базовые установки религии. Живущие высоко в южных горах, они стали первыми волшебниками, которые проводили ритуалы не для того, чтобы просить о награде, но чтобы самим ее создавать.
Конечно же, нашлись и такие волшебники, которым было мало оставаться просто кудесниками. Вместо того, чтобы создавать что-то из ничего, они меняли практикуемые ритуалы в попытке изменить окружающую их среду – они пытались оживить неживое. Так, сформированное больше наукой, чем магией, родилось искусство алхимии.
И все же были те, кто пошел в этой "новой религии" на шаг дальше. Чем давать жизнь неживым вещам, эта новая группа сделала своей целью оживлять заново ранее живших существ. Смешав кудесническую магию и науку алхимии, некроманты стремились к полному и окончательному воскрешению мертвых. Однако быстро стало ясно, что для того, чтобы восстанавливать жизнь подобным образом, эту жизнь нужно откуда-то забирать.
Такая практика была настолько богохульной (даже для волшебников и алхимиков), что культ некромантов был изгнаны из государства Бракада (южные горы, упомянутые мной ранее). Странствуя по континенту, культ в конце концов поселился в АвЛи – местности, наполненной жизнью. Со временем некроманты, пытаясь достичь своей цели, идеального воскрешения, медленно иссушили всю жизнь вокруг себя.
Ближе всего некроманты подошли к воскрешению в создании лича. Сам по себе лич – не зло, а лишь резулта попытки мага остаться живым после смерти, ОТДАВ свою жизнь в обмен на собственное воскрешение. Гораздо более разумный, нежели поднятые зомби и скелеты, лич сохраняет способности предыдущего обличья, но должен продолжать питаться жизнью, чтобы уцелеть.
Сегодня государство Дейя, пустынный дом некромантов вот уже почти тысячелетие, продолжает расти, словно раковая опухоль, в сердце АвЛи. Эльфы не сумели остановить эту медленно растекающуюся безжизненность, а другие страны даже не пытались. Никто никогда не объявлял Дейе войну: даже если некроманты будут полностью уничтожены, эта земля непригодна для обитания.
Но у некромантов есть два истинных врага: волшебники и алхимики, которые их породили, и эльфы, которым теперь приходится с ними жить. По моему скромному мнению, это лишь вопрос времени, пока кто-то не объявил Дейе войну.

­­
пятница, 9 ноября 2018 г.
нахуй вы меня сталкерите блядь умрите пожалуйста я не вывожу это оленья печень 20:40:06
нахуй вы меня сталкерите блядь умрите пожалуйста я не вывожу это
четверг, 8 ноября 2018 г.
.... огнесручий какаду 15:17:23
В Нижнем Новгороде отправили под домашний арест 19-летнего Михаила Герасимова. Студент радиотехнического колледжа два года назад якобы оставлял на Facebook посты, которые призывали к террористической деятельности. Расследование дела началось в июне: сначала у него в квартире прошел обыск, в ходе которого у Герасимова изъяли технику и Конституцию. В конце октября, после атаки на колледж в Керчи, о деле вспомнили в Следственном комитете, вызвали Михаила на допрос и предъявили ему официальное обвинение. Студента хотели отправить в СИЗО, но отпустили под домашний арест, из-за чего он не может выйти на учебу и пропустил сессию.

Рано утром 22 июня 2018 года в квартиру, где жил Герасимов, постучались оперативники ФСБ. Они показали Михаилу удостоверения и постановление на обыск, после чего стали ждать родителей студента: квартира оформлена на его отчима. В ходе обыска силовики изъяли у Михаила компьютеры, телефон, конституцию, где на обложке было подписано «которой нет», а также газету «народное восстание», которая «где-то на полке валялась». После обыска Герасимова повезли на допрос в управление ФСБ в Нижнем Новгороде, где следователи в основном разговаривали с матерью задержанного. У самого Михаила спросили, кто оставлял посты в соцсетях с фейковой страницы.

В уголовном деле, которое возобновили в октябре, «после теракта в Керчи», речь идет о четырех постах в соцсетях. Из них в интернете остался один: Михаил якобы оставил его на странице движения SERB в Facebook в мае 2017 года. В нем пользователь Ray Steven критикует «систему» и призывает ее сломать, приводя в пример начальника, «который нифига вам не будет давать праздничных выходных» и говорит, что «вместе с США и ЕС создаст анархию».

24 октября 2018 года Герасимова вызвали на допрос следственное управление Следственного комитета по Нижегородской области в качестве подозреваемого по статьям 282 («возбуждение ненависти либо вражды») и 280 («публичные призывы к экстремизму») УК РФ. На следующий день Михаил приехал на допрос, где его задержали и предъявили обвинение по статье 205.2 УК РФ — «публичные призывы к терроризму». Его на ночь оставили в изоляторе временного содержания, после чего повезли на суд по мере пресечения. Анонимный источник, знакомый с ситуацией, говорит, что его не кормили до самого заседания.

Михаил находится под домашним арестом: ему нельзя разговаривать с медиа, а также пользоваться интернетом и телефоном. Также его анонимный источник говорит: из-за домашнего ареста Герасимов долго не появлялся в колледже, а из-за ареста он не может уйти в академический отпуск. За это время его сверстники успели сдать экзамены и приступить к производственной практике. Адвокат Михаила, Людмила Иванова, отказывается ходатайствовать о разрешении ходить на учебу: источник объясняет это тяжкой статьей и угрозой отправиться в СИЗО.

У Михаила еще в мае заморозили счета, но его данных нет в реестре Росфинмониторинга для лиц, причастных к экстремизму. Источник рассказывает: студент хотел эмигрировать, об этом якобы узнали силовики и «заблокировали все карты».

Статья, по которой возбудили уголовное дело, предусматривает наказание в виде штрафа от ста до пятисот тысяч рублей, а также лишение свободы на срок от двух до пяти лет. Адвокат предлагает работать «тихо и спокойно», чтобы Михаилу дали штраф. Защита считает: если бы в 2016 году с Михаилом провели воспитательную работу, уголовного дела удалось бы избежать. По словам источника, знакомого с материалами дела, у студента есть шанс доказать на психиатрической экспертизе, что в момент публикации постов он не осознавал тяжести своего преступления. Из-за этого дело могут закрыть.(С)

Категории: Репрессии геноцыд гулаг
среда, 7 ноября 2018 г.
Не надо шутить с войной, блядь... Твой ламповый кун 14:27:05
Не надо шутить с войной, блядь. Здесь другие ребята. Это не Арати, это не Зульдазар. Натанос, твоих солдат здесь порвут на части. Это 250 тысяч отборных солдат Дарнаса блядь! Они всё разнесут! Они весь Даркшор пройдут за один час! Они взорвут все твои катапульты, всех твоих шпионов, дипломатов. Натанос, ты — тёмный рейнджер. Ты остановись, блядь, ты кончай, ты стрелы спрячь подальше на склад. И забудь про свою королеву. У нас был один мудак, отомстил за Стратхольм, блядь — и рухнула великая Лордеронская империя. И другой чудак был, за своего дедушку отомстил — и рухнул Гильнеасский Союз. И ты повторишь ту же ошибку. Ты королеву забудь, королева твоя отработал своё, блядь. Ты подумай о будущем Орды: она гибнет! Твоя молодёжь бежит из твоей фракции. Там никто не хочет жить, в Орде, никто! У тебя барахолка, блядь! Азерит, азерит, азерит! Это… грязная голубая жижа, блядь! Ни души, блядь, ни музыки нету у тебя, нет писателей у тебя! Весь мир слушает Велена, Кадгара, блядь. Фестивали, ивенты — только Альянс, блядь. И Альянс здесь — Даркшор! Вот здесь любят короля, а тебя — презирают, блядь, презирают! Твой предшественник, блядь — Саурфанг, блядь, — ему ширинку расстегнули прямо в рабочем кабинете! Это совсем уже нужно охуеть, блядь, чтобы какая-то проститутка, блядь, в кабинете главы армии ему отсасывала! Это что, Орда?! Вам пиздец давно уже, блядь! Вы что делаете, блядь?! Лиадрин, блядь! Какая, на хуй, королева?! Какая война?! Какой варфронт, блядь?! Минетчики чёртовы, блядь! Онанисты, пидарасы, блядь!
Натанос, Натанос! Посмотри андедские фильмы. Посмотри, сколько трупов, сколько крови, блядь! И там убили, и здесь убили. Ты здесь… Я тебе здесь говорю: посмотри, блядь, какое небо, блядь, Даркшор! Тёмные берега — это не Ясеневый лес. Это не Арати! Ты никогда здесь не достигнешь победы. Потому что мы знаем этот народ. Мы знаем этого короля. Он один на всю планету тебя посылает нахуй! Один! Все остальные, блядь, лебезят перед тобой. Выстроились в строй, чтобы тебе поклониться. А он один здесь сидит одиннадцать лет! Одиннадцать лет тебе сопротивляется, а ты со своей мощной хреновой чумой, со своей миллионной армией, со своими флотами, блядь, катапультами ни хера не можешь сделать. Ты бомбишь этот берег каждый день. Ты убиваешь детей, а солдаты Дарнаса сидят, готовые к бою. Ты боишься сюда направить своих солдат. И ты боялся одиннадцать лет назад, твоя королева тоже боялась. А яблочко от яблони недалеко падает. Ты никогда не победишь! Это будет твоё последнее поражение! Артас проиграл ЦЛК. И Гаррош проиграл Оргриммарскую битву. Ты проиграешь Даркшор. Даркшор — твоя могила. Понял? Ты, Натанос, сраный тёмный рейнджер, блядь! Тебе в трисфаль обратно, на кладбище, на костяном коне объезжай свои… пустые земли и учи эльфийский язык. А Сильвермун уже говорит по-эльфийски. Мы направим в Орду еще 10 миллионов шпионов ШРУ и изберем в Аль… в Орде своего вождя.
(Смех за кадром.)
А ты, Натанос, получишь хорошую камеру в Тюрьме Штормграда.
(Смех и аплодисменты за кадром .)
Ты понял, Натанос? Вовремя остановись…
(В записи пропущен фрагмент.)
…ном (судя по артикуляции, Малфурион сказал «гондоном»), и ты никогда здесь не сможешь добиться победы. Все найтэльфы мира, все друиды мира, все Восточные королевства, Штормград — против тебя. Штормград, Штормград не хочет этой войны, и тебе наш король это ясно по-русски сказал: не сметь стрелять по Тельдрассилу! Лучше вместе ебанём по Н'зоту.
(За кадром смех и аплодисменты.)
Дазар'алор! Другие города! Мы найдём цели на этой земле! Столько земли, блядь! Хочешь, Кель'данас нахуй опустим, блядь, на дно океана?! Давай! Показать тебе наш Виндикар блядь? Хочешь, блядь? У нас есть оружие, блядь: ночью наши маги Кирин-тора
(Жестикулирует.)
чуть-чуть изменят гравитационное поле Азерота, и твоя страна будет под водой. 24 часа, блядь, и вся страна твоя будет под водой! Великого и Сокрытого моря.
(Аплодисменты за кадром.)
Ты с кем шутишь, блядь? Ты подумай, блядь! Ты понял, чем кончил Артас? Чем кончил Гаррош? Все остальные? Ты совершишь историческую ошибку. Твоя королева тебе благодарна не будет. Забудь её, свою королеву! Твои генералы тебе говорят: не начинай войну. Ещё не поздно! Еще патч 8.0.1! Но если завтра утром ты пошлёшь своих рубак на Тёмные берега — твоя собственная могила, ты сам сдохнешь в этой войне. И тебя не будут хоронить, потому что ты ударишь по всей стране, по всему азероту. Шесть миллиардов людей не хотят этой войны. Шесть. Шесть миллиардов! Ты, малограмотный, можешь считать?
(Загибает пальцы.)
Один, два, три, четыре, пять, шесть. Миллиардов. Вся планета против тебя. Ты один хочешь войны и эта блядь, Сильвана Ветрокрылая.
(Смех за кадром.)
Эта полумёртвая блядь, которой нужен мерин, блядь.
(Аплодисменты за кадром.)
Мы… пришли сюда — у нас в Дарнасской дивизии, блядь, ребята её успокоят, блядь. Успокоят, блядь. Успокоят в казарме за ночь! И она не будет хотеть войны, блядь. Она захлебнётся в эльфской сперме, блядь. Из ушей попрёт. Это не Леди Лиадрин — она раз отсосала, блядь, а здесь так ей всё отсосут нахуй, что она на карачках уползёт в ордынское посольство в Оргриммаре, блядь.
Натанос, остановись. Комбат! Батяня! Дара пам парам пара пара па ра… Натанос, давай в карты, в хартстоун, и всё заканчиваем. В Даркшоре всё спокойно.
­­
перечитывать после каждой пересдачи do not go gentle into that good night 12:10:11
Немного прекрасного от Тео Маклина (https://vk.com/the­omaclean).

В библиотеке прохлада и тишина - книги весь вечер ведут себя хорошо. Эш открывает потрепанный фолиант, не понимая, зачем он вообще пришел. То есть, конечно, сюда-то привел лечмаг, скоро экзамен, с натяжкой стоит зачет. Но вот в столичный, сводящий его с ума ВУЗ весь июль поступал на какой же черт?

Трижды в неделю драконьеморской язык, в среды трансгрессия - та еще ерунда. Тролль побери, он уже ведь почти привык спать два часа, просыпаясь к шести утра. Кто бы сказал, для чего ему все сдавать, он же историк (в мечтах артефактовед). Только с лечмагом еще хоть один провал - смело фантазиям можно ответить "нет". Бросить учебу, давно бы перевестись, не вспоминая трансгресс даже в худших снах. Но вот куда, если восемь из десяти лучших историков входят лишь в местный штат? Но вот куда, если хочется по весне в Темные Земли со всеми за курсовой? Эш выдыхает, с трудом вспоминая, где видел в тот раз заклинание "антисон".

Он со всем справится: мята, драконник, мирт, ложка пыльцы и трехдневный ее экстракт.
А под рукою мурчит "Как поможет мир завоевать один маленький артефакт".

Категории: Универское


Раньше было раньше... > Изюм (записи, возможно интересные автору дневника)

читай на форуме:
марк я тебя люблю. люблю. люблю. лю...
6575676
пройди тесты:
Как на тебя ореагируют герои аниме...
Инь-Ян
Кто твой парень из мира Наруто)
читай в дневниках:

  Copyright © 2001—2018 BeOn
Авторами текстов, изображений и видео, размещённых на этой странице, являются пользователи сайта.
Задать вопрос.
Написать об ошибке.
Оставить предложения и комментарии.
Помощь в пополнении позитивок.
Сообщить о неприличных изображениях.
Информация для родителей.
Пишите нам на e-mail.
Разместить Рекламу.
If you would like to report an abuse of our service, such as a spam message, please contact us.
Если Вы хотите пожаловаться на содержимое этой страницы, пожалуйста, напишите нам.

↑вверх